Шрифт
Цвета
Изображения
Выключить
arrow_upward
Версия для слабовидящих людей remove_red_eye
menu

Почему невозможно полностью оградить детей от мата и грубости (даже не пытайтесь)

Изображение к новости

Мы все помним, что при детях материться нельзя. Если себя контролировать ещё как-то можно, то вот окружение не выйдет. Никогда не знаешь, когда на тебя обрушится «да вы *** вообще» и как потом объяснить дошкольнику, что так говорить плохо. Главный редактор «Мела» рассуждает, нужно ли пытаться защитить от мата и что делать, если дети уже успели узнать достаточно плохих слов.

Недавно я встретила в пробке друга. Я очень обрадовалась, мы давно не виделись, так приятно. Пробка двигалась со средней скоростью 5 км/ч, поэтому я удачно перестроилась, чтобы немного поболтать с другом. С заднего сидения ситуацию контролировал мой пятилетний сын. Ряд шёл чуть быстрее, поэтому я притормозила на время минутного разговора (максимум двухминутного). Всё равно стоим. Передо мной образовалось свободное пространство. Машина сзади начала гудеть и мигать дальним, потом перестроилась. В итоге в беседе нас оказалось трое.

«Прош******ка е***ая, — кричал мне водитель, который очень спешил в пробке. — Права и тачку мужик купил, да? На****ла?». Дальше ещё много слов, которые я стараюсь при ребёнке не говорить. Он кричал, пока я закрывала окно. Ребёнок молчал. Молчал ещё минут пять, а потом спросил: «А кто такая прош*******ка е***ая?».

Очень хочется быть чуть лучше, чем ты есть. Но, будем честны, плохо цензурируемая лексика — это, по сути, вторая среда. Ты никогда не знаешь, когда она тебя догонит: в очереди в магазине, просто во время пешеходной прогулки или на детской площадке кто-то вдруг крикнет: «Соня, *****, слезай оттуда».

Да что уж там, иногда и у меня не получается тщательно отфильтровать свою речь, хотя я очень стараюсь. Недавно мы были в гостях, дети играли в детской, мы сидели на кухне и обсуждали одну сложную ситуацию. Я на эмоциях сказала слово из шести букв, которое должно было объективно (а ещё коротко и ёмко) описать происходящее. Конечно, ровно в этот момент в кухне появились наши любимые дети.

Или вот ребёнок вроде бы в одной комнате, а муж в другой смотрит Юрия Дудя. Разумеется, по закону свинства, они все пересекутся в том моменте, когда с экрана телевизора будет произнесено не самое «воспитательное».

Поразительно ещё (и это знакомо всем родителям), как быстро дети цепляют и понимают контекст. Один раз мы гуляли в парке с друзьями и их дочкой, лет трёх с половиной. Сели на лавку, выдали детям по яблоку. Девочка начала есть, но уронила на землю. «Б**, испачкалось», — расстроено сказала она. «Ну вот представь, — сказала её мама. — Муж один раз уронил на пол бутерброд маслом вниз. И понеслось».

Да и не только мат. «Ах ты сучка», — нежно говорит одна девочка другой в раздевалке в детсаду.

У нас в семье мат был под строжайшим запретом. Моя бабушка, когда я уже выросла, любила вспоминать историю, как однажды забрала меня из школы очень расстроенную. Когда стали выяснять, оказалось, что мой одноклассник назвал бабушку «страшным ругательным словом» — дурой.

Хорошо помню, когда мы все начали использовать мат. Это был 9 класс. Мы тогда казались себе очень классными, очень крутыми, очень свободными. Обсценная лексика подчёркивала независимость и крутизну, била по нашим интеллигентным родителям и вводила нас в настоящий мир 90-х.

О том, как мат иногда помогает нам правильно эмоционально окрасить свои посылы, написана туча текстов. Осталось научиться быстро избавляться от чрезмерной эмоциональности в быту и признать, что идеально зачистить пространство всё равно не получится.

Как справляться? Я вспоминаю каждый раз свою бабушку. Когда мы с ней спорили по поводу матерной лексики, она всегда в конце тяжело вздыхала и говорила: «Дорогая, ну это же просто некрасиво!». Сейчас, когда мой ребёнок слышал уже достаточно слов, которые я бы не хотела, чтобы присутствовали в детской речи, мы пришли к простому договору. Повторять не надо. Как не надо вытирать руки об скатерть. Если вдруг мама и папа сорвались и сказали что-то не то, мы сразу же просим прощения за то, что выругались.

Ребёнок может сделать нам замечание, причём это касается не только лексики, но и тональности. Допустим, попросить нас не говорить так громко или так раздражённо. Это работает. Пятилетке нравится, что он что-то приводит в порядок. Примерно так же он следит за чистотой в подъезде и на улице, потому что его возмущает, что газон вдоль дома покрыт бумажками, окурками, собачьими экскрементами и прочими не самыми приятными вещами.